Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

хмурик

По следам "Иронии судьбы"

"Иронию судьбы-2" смотрела, проматывая целые куски. Повторение застрявшей в зубах первой части, так навязчиво внедряемой управленцами от кино, могло бы выглядеть комедией, и обыватель (в хорошем смысле) ржал бы, как подорванный, но я не могу судить отстраненно, не будучи равнодушным памятником. Я проглатывала куски фильма, не жуя, по причине тоски по тем, кого на экране не было. Тем, кто отбыл в мир иной. А ныне живые, но сильно постаревшие актеры воспринимались зеркальным отражением меня, такой же умудренной опытом и не слишком сильно ностальгирующей по прошлому.

Я - не любитель выискивать новые морщинки, и зеркало приветствую по большей части по утрам, наводя глянец на зубах и замазывая чертов купероз, потому и фильм воспринимался, отрицая необратимые перемены. Введение же новых персонажей лишь добавляло отрицания, почти неприятия.
Я написала «почти» целенаправленно, поскольку некоторые эпизоды все же, не скрою, нарисовали улыбку, а самое главное, посыл первой части – тот, который вызвал споры, оказался пустым:
Лукашин – не алкоголик!
maruse4kin

По следам "Формулы красоты" Эпизод 4. "Доживем до понедельника"

Никак не могла заставить себя написать об этом эпизоде. Щемящее чувство жалости накрывало с головой и не давало трезво мыслить. Оно и сейчас так.
В отличие от всех предыдущих эпизодов, которые можно было бы озаглавить как «Сильная женщина» - о Хрусталевой, «Ошибка менталитета» - о товарище из Узбекистана, «Наивная ложь»- о девушке из Питера, этот эпизод никак не назывался. Все мысли сводились к фильму «Доживем до понедельника» и воспоминания детства выходили на передний план.
И все же, попробуем.

Когда я читаю вопли юных дев о достижении ими двадцатипятилетнего возраста, мол, вот она старость, меня разбирает смех. Они ностальгируют по шестнадцати годам, сетуя, что многие вещи им уже не по возрасту. Неудобно, понимаете ли, носить джинсы с заниженной талией – так, чтобы стринги наружу. Неудобно делать пирсинг где-нибудь в носу и ходить, демонстрируя пофигизм высокодуховному обществу. Все, жизнь прошла. Вот она – могила.
Смешно.
А что делать женщине в шестьдесят? Когда юность была так давно, и на кладбище дожидается могильная плита? И под этой плитой лежат твои единственно любимые люди, ради которых ты жила, которых ты любила? И даже собака – и та умерла, не пережив разлуки с теми самыми любимыми. А ты живешь. Тебе только шестьдесят! И жажда жизни, жажда любви, жажда нежности накатывает на тебя и иссушает еще больше. От невозможности. От безысходности.
Морщины, избороздившие лицо, кричат о несовершенстве этого мира, о тех обстоятельствах, которые танком проехались по твоей судьбе, переломав, перекорежив. Суицид помаячил и ушел, не дождавшись, ибо вынимать из петли некому. Ты одна. Одна на всем белом свете. Ты в забвении.
Как горько это сознавать!
Но ты сильный человек. Не может быть, чтобы это был конец всему! Господи, помоги мне! Если уж ты дал мне столько испытаний, которые я прошла достойно, почему бы тебе не наградить меня? Почему?
Господь решил помочь. Ибо заслужила. Действительно заслужила.

Печерниковой позвонили и пригласили на проект. И сделали ей лицо, практически убрав следы того самого танка судьбы.
Молодая женщина появилась в Доме, раздавая счастливые улыбки всем. И люди ликовали вместе с ней. Совершенно искренне.
Как я.

У героини все еще будет. И спектакли, и съемки в кино, и любовь зрителей, и любовь того единственного, который обязательно ее найдет. Надо только верить.
А память… она останется. Она всегда с нами. И цветы на могилах близких тому свидетельство.

P.S. А эпизод я так и назвала: "Доживем до понедельника».

Доживем?
maruse4kin

Разоблачение

Чесслово, я уже с трудом, можно сказать, титаническим, терплю эту самую рекламу на телевидении. Прям, замкнутый круг какой-то. Вот, скажем, идет фильм. Хороший фильм. Настолько хороший, что даже я, будучи жаворонком по натуре, т.е. укладывающаяся спать как только ярило вознамеривается скрыться за горизонтом, вставляю в глаза спички и смотрю. И даже местами соображаю. Ну, не совсем так, чтобы определить убивца или ворюгу, как героиня Донцовой - Дарья по фамилии Васильева. А так, чтобы назавтра было понятно, что вот этот герой – он следователь из Москвы, а вот этот – каким-то боком прилепившийся хахаль вооон той журналистки. Или как там её…оперативницы. Вот.
И все бы ничего, но манеру нашего телевидение взяло. Нехорошую. Десять минут фильм – десять минут реклама. Пятьдесят на пятьдесят. Баш на баш.
Не… ну, я так не договаривалась! Я для чего спички перевожу? Смотреть вашу рекламу?

Так вот, доложу я вам, ошибаетесь! Особенно достал меня тот дядя, который надутый мешок в желудок вставил. Якобы. Их, вообще-то, два. В смысле, дяди. Но клянутся, что один. Один «ДО», один «ПОСЛЕ». Но я сомневаюсь. Шибко. Я, конечно, в лупу не рассматривала сходство, оно, может, и так. Но когда по экрану начинают бегать цифры и буквы, мол «минус 125 кг», меня так и тянет сбегать в соседнюю комнату и взять лупу. Правда, я потом вспоминаю, что у меня большой лупы нет, а есть совсем крохотулечка – марки рассматривать, или, скажем, диапозитивы. И вспоминать перестаю. Потому как эта информация абсолютно бесполезна. На данном этапе. Мне бы большую лупу, но ее нет. И не было. Но я отвлеклась.
Я к чему…. Я к тому, что, если дядя похудел на 125 килограмм, то у него со всех сторон должна свисать кожа. И вообще, он должен быть завернут в нее, как в плащ. Типа, мушкетер. Или какой-нибудь Добрыня Никитич. Или еще кто. Ну, не знаю. Это вы сами придумайте. Но вот что создатели этого дяди с мешком в желудке удумали! Они его в футболку одели! В смысле, дядю. Яркую такую. Чтоб, значит, внимание отвлекала.
Про такой прием я знаю – не даром, уж который вечер спички в глаза вставляю. В смысле, детективы смотрю. А там ведь все очень подробно рассказывают. И показывают. Если не отвлекаться, конечно.
Отвлеклась. Так вот, прием с футболкой – нечестный прием. Вот, если бы оба дяди были одним, то они бы, в смысле, создатели, не постеснялись дядю в трусах показать. Ну, того, который с мешком. С голой курчавой грудью. Не у мешка, а у дяди. А так он в длинных штанах и футболке с длинными рукавами. Который «ПОСЛЕ». А который «ДО», он вообще молчит. Он на фотографии. Якобы. Нет, фотография есть – это точно. Дядя – другой. Единственно, чем он похож на «ПОСЛЕ», это бровями. Они, знаете, такие… черные и домиком. Это я рассмотрела. Здесь мне лупа не понадобилась, потому что брови без лупы видно. А вы знаете, почему видно? А я скажу. Нарисованные они. В смысле брови. У которого «ДО». Потому что он – неживой, и можно сделать фотомонтаж. Ну, или еще чего. Я точно не знаю. Это вы сами придумайте.
И потом… я почему еще не верю? Потому что дядя, который «ПОСЛЕ» уж больно клинику, в которой мешок засовывали, хвалит. Говорит, что всего сорок минут, и все дела. Вставил и пошел.
Враки, скажу я вам. Потому что надутый мешок засунуть в желудок за сорок минут нереально. Вот вынуть – точно можно за меньшее время! Сделал харакири и вытащил. Делов-то!
А всунуть? Прикиньте сами: наркоз – раз, харакири – два, зашить - три, оклематься – четыре. От «наркоза» до «оклематься» не только сорока минут не хватит, тут и сорока часов может не хватить. Но этого я точно не знаю. В детективах мешки в желудки не запихивают. А чего там запихивают - это вы сами придумайте. Вот.

Получается, что я создателей этих мужиков с мешками и без трусов разоблачила. Нет, на самом деле, я про трусы точно не знаю. Но догадываюсь. Прям, как детектив. Даже лучше, а все почему? А потому что спичек не жалею. А не смотри я детективы, разве ж я сумела бы разоблачить этих недобросовестных товарищей, пиарящих клинику?

Вот и я говорю, мол, замкнутый круг! Или еще что. Ну, я не знаю. Это вы сами придумайте.
maruse4kin

(no subject)

Вчера одним глазом посмотрела «Рублевку» по роману Оксаны Робски «Casual». Фильм многосерийный с участием Сергея Зверева. Я его зауважала, в смысле Зверева. Ей-богу. Несмотря на его жеманный вид, искусственную худобу, изящество и грацию кошки. Профессиональные балеруны не имеют такой грации, которая есть у него. Но зауважала я его не за это, а за открытость и наличие собственной позиции. Всегда полагала, что для существования в той среде необходимо подлизываться, приспосабливаться, подмазывать и подмазываться. Ан, нет. Он совершенно открыто называет вещи своими именами. Надо же…
Не читала романа Робски. Но фильм заставил меня посмотреть на них другими глазами. В результате книгу я скачала.
Читаю…