Татьяна Юрьевна (maruse4kin) wrote,
Татьяна Юрьевна
maruse4kin

...........

Выпускные экзамены ознаменовались отъездом матушки на юга. Аккурат сразу после сочинения. Стоило прийти домой с сообщением, что почин сделан, как маменька подхватила чемоданы и отправилась к Черному морю. Оставив Фросю с папенькой в квартире, она оставила в кухне на листочке в бледно-сиреневую клеточку несколько рецептов приготовления несложных блюд и квитанции из химчистки.
С одной стороны такое доверие говорило о признании Фроси как самостоятельной единицы, с другой – ей такая самостоятельность была не нужна. Представив, что помимо подготовки к экзаменам, придется торчать у плиты, стирать свои и папенькины манатки в эмалированном тазике и стоять в очередях, она приуныла. Настолько приуныла, что даже пустила слезу. Украдкой. Потому что никакие слезы на маменьку не действовали. Ее стремление вырваться из семейных объятий было неистребимо, потому использовался любой шанс. Порой Фросе казалось, что строительство плотины в городе Пензе не закончится никогда, а в городе Воронеже нет ни одного специалиста, умеющего начертить разрез. А если приплюсовать к бесконечным командировкам ежегодные отпуска, случавшиеся в летнее время и длившиеся не менее месяца, то сами понимаете, как себя чувствовал папенька. Папенька, чуя подвох и некую обделенность в быту, активно протестовал. Протесты оригинальностью не отличались и сводились к частым «соображениям на троих», скандалам в матерном исполнении и возлежании на диване под аккомпанемент телевизора.

В этот раз папенька протестовал наиболее активно, поэтому Фросе было не только обидно, но и страшно. Представив, что ей достанутся не только матерные монологи, но и затрещины, она придвинула к двери шкаф и затаилась до лучших времен. О лучших временах возвестил телефон, трезвонивший непрерывно до тех пор, покуда папенька окончательно не понял, что дочь, забаррикадировавшая дверь в комнату, не выйдет оттуда ни под каким соусом и трубки не снимет.

Утром, прежде чем встать и умыться, Фрося принялась мечтать о том, что когда-нибудь у нее будет собственная крыша над головой. Крыша ей представлялась в виде конуры, где сквозь щели просматривалась улица, на подслеповатом окошке вместо занавески болталась газета, а изо всей мебели торчал обшарпанный стол и рассохшийся стул с гнутой спинкой. Никаких дворцов, принцев на белой лошади и фей, исполняющих желания она не видела. Фрося совершенно четко знала, что для того, чтобы чего-то достичь, нужно было трудиться. Взять, к примеру, Золушку. Не трудись несчастная падчерица в поте лица, разбирая фасоль и выдраивая чугунные котелки, вряд ли бы она поимела хрустальную туфельку, а с ней и принца со всем королевством впридачу. Или взять, к примеру, сказки братьев Гримм, ту сказку, где две девушки занимаются ткачеством – одна рвет нитки и выбрасывает, а другая подбирает, связывает и в результате получает полотно. Надо ли говорить кто из этих девушек оказался в фаворе, выйдя замуж за прекрасного юношу? Фрося всегда удивлялась однокласснице Надьке из третьего подъезда, которая увлекалась сказками не на шутку и грезила в мечтах о коврах –самолетах, джинах и горшочках, которые сами по себе варили еду. Надька, у которой положение было гораздо хуже, чем Фросино, после уроков сидела с младшим братом и стирала постельное белье хозяйственным мылом на стиральной доске. Ее мамаша – огромная тетка с басом вместо обычного женского сопрано – была чрезвычайно властной, держала всех домашних в своем огромном кулачище и варила щи в огромной алюминиевой кастрюле на двухконфорочной плите. Все Надькино воспитание заключалось в тычках за двойки и кульке конфет по праздникам. И вот, поди ж ты, она жила в сказках, а Фрося считала ее глупой. И правильно. К слову сказать, Надька сразу после школы выскочила замуж, обретя мужа – алкоголика и двойню, вместо одного ребенка.

Думалось, что поимей такую конуру в сей секунд, Фрося бы привела ее в порядок, соорудив спальное место из ящиков, выдраив полы и повесив на окошко белую кисейную занавеску. На покрытой скатертью столе в банке всегда стояли бы полевые цветы, а она жила бы одна в тишине и покое и читала книги. Жилище представлялось ей исключительно в летней обстановке, о том, что бы она делала там в зимнее время не думалось. Вообще.

Мечты мечтами, но об экзаменах забывать было не след, потому соорудив бутерброд и посетовав, что до вечера не так уж много времени, Фрося уселась готовиться к алгебре.

(Продолжение следует)
Май френдз! я не могу придумать название этому опусу. Думаю-думаю... и никак. Не поможете? Плиз....
Tags: рассказы
Subscribe

  • СВОБОДУ ПОПУГАЯМ!

    Женщины состоят из массы достоинств. Эдакая круговая порука сплошных достоинств, семейственность, преемственность поколений. Загляденье, одним…

  • Сказка про крысу

    У меня есть книжка неизвестного содержания. На обложке – очень симпатичная крыса, чем-то напоминающая героя мультика Рататуй. Крыса мечтательно…

  • Мелочи жизни

    Зиму, ясен пень, надо пережидать в городе. Здесь от батарей тепло, в кране горячая вода, и горшок в доме – тоже теплый, даже уютный, я бы сказала. Не…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments