Татьяна Юрьевна (maruse4kin) wrote,
Татьяна Юрьевна
maruse4kin

Не щекочите лярву.

Терпеть не могу щекотки. Раздражение рецепторов вызывает раздражение (пардон, за тавтологию), даже гнев. А еще обиду сродни детской: почто детинушку обидели?
Светка пощекотала мои чувства, нет, вовсе не патриотические, как можно было бы подумать, хотя и они никуда не делись, а собственнические. Будто я владелица хлева с претензией на хай-тек, мол, блестит, но блестит по недоразумению, сделано-то из говна, и вокруг говно! Вон, первые слова в Шереметьеве – мат, у дороги – подорожник, бродячие не привитые собаки, вместо денег фантики и, главное, Дина Рубина стоит рядом с плюшевым зверьём и лаком для ногтей! Моя аккуратно обернутая Рубина – та, что рядышком с Аксеновым, Бабелем, Голсуорси и последней Платовой, и вперемешку с лаком для ногтей?!

***
Когда-то в бабушкиной комнате стоял буфет – древний, как сама жизнь, со скрипучими дверцами, водочными стопками, дулёвскими фигурками, закатанными помидорами и неистребимым запахом. Я все время порывалась от буфета избавиться. Бабуля – говорила я – запах не вывести, дверцы скрипят, и кому нужны эти слоники? Давай выбросим? А бабушка стояла стеной: Ах, ты, лярва! Умру – делай, что хочешь, а до тех пор не трожь. Это моё! – и тщательно вытирала от пыли слоников, и перемывала водочные стопки, и перекладывала щербатые тарелки, и пересматривала старые пожелтевшие фото, и обижалась, и замахивалась веником.

Я перестала донимать бабулю, я поняла одну вещь: у каждого есть своя история, личная, и есть вещи, как вехи этой истории – выбросить их, выбросить себя и дорогих людей. Что останется? Что останется, если ты не царица Савская, а полуграмотная нянечка из железнодорожной больницы, в словарном запасе которой преобладают старорусские словечки «мухортый» и «лярва»?

Бабушка умерла, и буфет отдали знакомым. Он, кажется, до сих пор стоит, ставший ненужным мне, получившей высшее образование и не употребляющей старорусские слова. Место слоников и девочки с собачкой заняли горшки с фиалками, место щербатых тарелок с тонкой зеленой полоской по краю – чайный сервиз на шесть персон, а место старого будильника, с грохотом передвигавшего стрелки, электронные часы. Мне же досталась память, моя память – моя собственность. И когда я вхожу в бабушкину комнату, невольно бросаю взгляд туда, где стоял старый буфет, слышу будильник, вижу тусклые водочные стопки и держу в руках теплых слоников – семь штук фарфоровых слонов, полых внутри.
И плачу.

***
Знаете что? Когда я умру, не выбрасывайте мою любовно обернутую Рубину. И не ставьте в книжный шкаф лак для ногтей.
Пожалуйста.



***
P.S. Извини, Света, если обидела. Написано-то хорошо, как пишет истинная дочь Рахили. И вряд ли ты хотела задеть чьи-то чувства. Разве только пощекотать. Чуть-чуть.
С уважением, maruse4kin. Лярва.
Tags: жеже, мимоходом, размышлизмы, сто лет назад
Subscribe

  • Пару слов о менджменте

    Как-то мы с Вовкой закрывали очередной гештальт, смотавшись на «кольцо». Это мелкий Садовый центр, который стыдно писать с заглавной. Ну,…

  • Нелюбовь.

    Мафусаил, по родственному Маська, по-прежнему дикий, как лошадь Пржевальского в прериях Амазонки. Чтобы погладить, заглянуть в болотные глубины глаз…

  • Условно, огурец.

    За каким-то лешим вписалась в группу Садовод, а заодно и во все другие, начинающиеся с садо-. Типа, я такая же, типа, вместе по жизни, типа, мы по…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments